01:51 

С теплом в сердце! – акт 1-й

Название: С теплом в сердце! – акт 1-й
Автор: Frei ~Seigyoku~
Бета: воспалённый моск Фрэй-тян
Фэндом: Bleach
Жанр: стёб
Краткое содержание: События 110-летней давности: подробности первой встречи и дальнейшей личной жизни Айзена Соуске с малолетним Ичимару Гином.
Рейтинг: PG-15(?), R
Персонажи: Айзен, Ичимару
Дисклеймер: Кубо
Предупреждение: Лексика ненормативная, педофилия, каннибализм, издевательство над овощами и прочие извращения, о-хо-хо… ^__^”
От автора: Автор не верит в ООС, автор верит в панспермию.

- Ах, когда-то и я был невинным ребёнком… - умиленно произнес Айзен Соуске, глядя издали на беловолосого мальчика, вытирающего рукавом забрызганное кровью, но от этого ещё более притягательное юное лицо. Чем больше он смотрел на этого ребёнка, тем более привлекательным оно казалось… Сам того не заметив, Соуске облизнул губы.
Кровавые ошмётки, раскиданные в радиусе нескольких метров, обглоданные кости, изуродованные лица жертв, - их убийство было хладнокровным и изощрённым, и это возбуждало только сильнее. Редкое зрелище – редкая удача для истинного ценителя подобных изысков. И в центре этой завораживающей картины – хрупкое, изящное тело, которое, казалось, таило в себе разрушительную мощь тысячи торнадо. Подивившись возникшим в голове метафорам, Соуске сглотнул, слегка улыбнулся своему остроумию и неторопливым шагом направился в эпицентр событий.
Прежде чем перейти непосредственно к последующему увлекательному диалогу, стоит немного рассказать о том, что за личность представлял из себя Айзен Соуске. Несмотря на то, что Айзен был лейтенантом Пятого Отряда, то бишь персоной высокопоставленной, многие и многие нормы общественной морали втайне подвергал презрению. Но рукотворная личина, образ «Хорошего Парня», некогда созданный и ныне сплошь используемый, не давал даже самым проницательным окружающим распознать в нем сущность истинную. Ещё в глубоком детстве маленький Соуске осознал, что мир и мировые устои идут вразрез с его идеалистическими представлениями. Единственной неудачной попытки доказать значимость своих убеждений хватило юному тогда Айзену, чтобы сделать необходимые выводы. С тех пор примерив на себя многие маски, Соуске остановился на образе наиболее, по его мнению, приемлемом: интеллигентного, харизматичного интеллектуала, исполнительного и отзывчивого, с теплой улыбкой и мягким баритоном, стильными очками, стильной причёской, чуточкой ненавязчивой сексуальности и морем обаяния… По крайней мере, именно таким нынешний образ виделся самому Айзену. Расспрашивать же мнения окружающих мы не будем, дабы ещё более не отдаляться от основного сюжета, поэтому пока что поверим Айзену на слово.
По сюжету же стоит заметить, что Айзен не был женат, но очень любил детей (впрочем, замужем он тоже никогда не был, хотя, скорей всего, хотел бы…).

- Млять, срань полная! Что жрут эти треклятые сейретейские задницы, что у них такое безвкусное и жёсткое мясо?! Нихрена я не наелся! – мальчик отчаянно пинал остатки своего испорченного обеда. - Только в зубах позастревало!.. Ммм? Десерт?
- Здравствуй, мальчик! – Соуске натянуто улыбнулся, осознавая, что последняя реплика относилась именно к нему (может, он просто всегда считал себя «горячим» блюдом?..). – Ах, посмотри, что ты сделал с моими несчастными подчинёнными! А ведь и у них могло быть будущее, - Айзен пафосно утёр слезу (со времён членства в хост клубе у него всегда под рукой были незаменимые глазные капли!). – Кто вернёт им теперь их светлые мечты?..
- Кто вернёт мне мои мечты о полноценном ужине?! – маленький шинигами в отчаянии пнул отрубленную голову одной из своих закусок. Голова пролетела небольшое расстояние в воздухе и, триумфально приземлившись, покатилась, после чего остановилась у ног незваного гостя.
- Как тебя зовут, милый?
- Ичимару Гин, - по инерции отозвался парнишка и пригляделся к неожиданному собеседнику. – И вообще, я с подозрительными пидорами по возможности не общаюсь!.. Это, вроде как, заразно.
Айзен, для которого эта тема была болезненной, смутился:
- Некрасиво называть людей подозрительными при первой встрече.
- Стоп!.. Нахер я сказал своё имя педерасту?! – Гин непроизвольно схватился за голову. - Я буду проклят?! Черт!
- …
- Слышь, мужик! – договорить Айзену не дали. - Я, может, чего не догоняю, но у вас что, в Сейретее пидоров не гнобят? Вот мы, деревенские, только видим какого педераста – и вилами его, вилами! А в иной раз тут же – яйца в дверной проём и БАЦ!..
Соуске содрогнулся.
- А вот помню, захожу я однажды в баню, а там два гомосека долбят друг друга в задницу! Я им: «Пшли нах отседова, ёбнутые гандоны!», а они мне такие типа - «Ма-альчик, у тя мыло упало…» Но я же помню, что у меня только шампунь с собой был!..
- Эммм…
- А в позапрошлом году эти сладкожопые устроили осаду здания администрации колхоза. В этой неравной битве мы потеряли добрую треть нашей рабсилы! Даже главу… - мальчик с горечью опустил глаза, после чего продолжил. - Да, да! Многие пали на дно разврата, подцепив окаянную гомосятину!
- Вообще-то…
- И что самое страшное – даже дети теперь не в безопасности!.. Кстати, - юный шинигами прищурился, вглядываясь в лицо собеседника, - вот ты точно вылитый педофил! Ага, я понял! Выискиваешь себе новую жертву, даааа?!
Айзен невольно передёрнул плечами:
- О-хо-хо… Да не… Да я… просто прогуливался неподалёку… - он определённо терял контроль над ситуацией.
- Да ну? – Гин скептически смерил засмущавшегося Соуске взглядом. - А бутафорские очки ты тоже носишь не для того, чтобы косить под заботливого школьного учителя пригородного посёлка? На театрала ты не похож, хе-хе-хе!
- Они настоящие! – обиделся Айзен. – И, между прочим, бренд сезона!
- Мляяяя… - мальчика неожиданно осенило, и он просиял от своей догадки. – Это же самое настоящее домогательство!
- Что?..
- Как же я сразу не догадался? И меня, мля, настиг этот злой рок! Однако…
- Мне пора…
- Нэ, нэ! Ты, небось, так и видишь, как я изящно и неторопливо снимаю одежду, после чего принимаю прохладный душ, как моё упругое тело становится влажным, соски твердеют от холода, а потом я натираю руки ароматным мылом и медленно скольжу ими по обнажённой груди, а потом всё ниже, ниже… Эй, ну, что? Ты уже возбудился? Ха-ха, извращенец, мать твою!
«Кто бы говорил…», - отчего-то подумалось Айзену (хотя он считал, что гель для душа в этой ситуации определённо подошёл бы куда больше). Он медленно покрывался красноватыми пятнами, осознавая, что впервые его имидж был настолько подорван, а маска «хорошего парня» сорвана в лучших традициях авангардной драматургии. Вообще-то, если уж быть откровенными, о том, каким злостным извращенцем и вуайеристом был примерный по всем статьям лейтенант Айзен, знали во всём Сейретее. Но кто ж не грешен-то был в этой буржуазной общине, пропитанной лживой ханжеской моралью?! И что же? Конечно, все молчали и мило улыбались. Да вот только Соуске, как личность с маниакальной склонностью к перфекционизму и втайне высоконравственная исключительно по собственным порядкам, об этом не догадывался. По сему, сказанное в лицо настолько прямолинейно, настолько экспрессивно, - вот что поистине могло произвести на него впечатление и даже, возможно, позволить ощутить крах собственной предубеждённости. Тем не менее, это восхищало… Нет! Это возбуждало. И очень сильно. О чём некоторые физиологические реакции не преминули напомнить… Короче, пора было действовать, дабы безвременно не спугнуть продуктивный настрой.
- А ещё такой анекдот есть в тему! Так и быть, расскажу на прощание, – мальчик продолжил, как ни в чём ни бывало, не обращая толики внимания на изменившегося в лице Соуске. - Встретились как-то филолог, логопед и педофил...
- Достаточно! - неожиданно обретший уверенность и динамику голос Айзена прервал вдохновенную тираду юного шинигами. – Во-первых, не пидор! И даже не гей! А – яойщик! - стёкла очков блеснули в неверном лунном свете с маниакальной загадочностью. – Во-вторых, нет ничего зазорного в том, чтобы любить детей! – медленно приближаясь к офигевающему Гину, невольно отступившему на пару шагов в обратном направлении. – И в-третьих!.. Поздно, мальчик! Я уже СЛИШКОМ возбудился!
Возможно, если бы не густой туман, так хорошо распространявший звуковые волны, спящий Сейретей и не проснулся бы от пронзительного крика посреди ночи. Но неприхотливые и умудрённые богатым опытом его обитатели лишь сонно вздохнули, кратенько выругались, бросив взгляд на часы, и укутались потеплее, медленно погружаясь обратно в негу сна…


«Привет, братишка! У меня всё прекрасно! Ты знаешь, Сейретей – такая дыра. Как, впрочем, мы и думали. Воздух здесь протухший, еда полимерная, да и скучно в общем… Но я не жалуюсь, нет! У меня-то всё хорошо. Я даже тут завёл себе… эммм… друга. Не, ты не подумай! Он совсем не пидор, и даже не педофил… и вообще! Ты же меня знаешь – я отрицательному влиянию не поддаюсь!.. Так вот, о чём я? Да. Акклиматизация, тем не менее, проходит весьма терпимо. Я напишу тебе ещё вскоре! Удачи. Гин»


- Чёрт, смотреть на это не могу! – маленький Гин, что есть силы, зажмурил глаза и двинулся в намеченном направлении уже на ощупь.
Картина довольно улыбающегося Айзена с томно-прищуренными карими глазами поначалу просто выводила юного шинигами из себя, но в последнее время всё чаще и чаще оказывала непосредственное влияние на его чувствительную пищеварительную систему. Ну, а как ещё должны реагировать хрупкий разум ребёнка и прочие процессы детского организма на пидороватого полуголого мужика, всецело поглощённого навязчивыми идеями просветить этого самого ребёнка в сокровенных тайнах своей ориентации и иных отклонений?
- Дабы безболезненно ввести тебя в курс дела, мы начнём с самого простого – бдсм! - поведал Соуске, акцентировав последний термин особой таинственностью интонации.
- А это съедобно? – с кислым привкусом эфемерной надежды во рту поинтересовался Ичимару, слегка приоткрыв один глаз.
- Образно говоря, нет, - застегнув ошейник, Айзен задумался, загадочно потрясая кожаной плёткой, после чего покосился на свежекупленный дайкон и расплылся в улыбке. - Хотя… Я определённо люблю новаторские идеи!
Для Гина дайкон, как, впрочем, и любой другой цензурный овощ, ничего новаторского в себе не таил. Но маниакальный блеск в стёклах айзеновских очков заставил бы даже самого дипломированного агронома усомниться в незыблемости своих знаний. Гин сглотнул, предвкушая неладное, и на всякий случай мысленно уже похоронил свои идеи о потенциальном полднике.
Прежде незаурядный в своей простоте и при этом достаточно смышлёный деревенский парень Ичимару Гин мог только догадываться, внедряясь в дебри этимологии и перерыв с десяток словарей, о значении слова «спанкинг». Однако же идеей он проникся почти сразу, стараясь вложить в это действо всю свою ненависть и презрение к сексуальным меньшинствам в лице одного очень эксцентричного шинигами.
- Ну, что так слабенько, Гин-тян? – не выдержал Айзен и разочарованно оглядел своего терзателя. - Так мы никогда не достигнем кульминации! Дай-ка сюда, я тебе покажу, как надо!
- Неее! – Гин вовремя отскочил в сторону, сжав плётку в руках покрепче.
- Ну, давай же! Ты мужчина или кто?
- Не сыпь мне соль на рану, - прослезился юный шинигами, который за последние дни уже начинал проникаться ощущением половой неопределённости.
- Иди к папочке!.. Накажи папочку! – требовательно возгласил Соуске, ослабил ошейник и медленно поднялся, протягивая цепкие руки в сторону маленького Ичимару.
На секунду приоткрыв глаза, дабы сориентироваться в ситуации, Гин с трудом подавил в себе рефлексы желудочного тракта, когда в поле зрения попало неторопливо надвигающееся в его направлении обнажённое тело. Он тут же зажмурился во избежание непредвиденных реакций и, ощупывая предметы вокруг и обо что-то спотыкаясь, стремительно попятился к предполагаемому месту расположения выхода.
- Я это… не хочу больше! Мне… мне идеология не позволяет! Вот...
- Куда ж ты, Гин-тян? - удивился Айзен и демонстративно потряс извлечённым из-за кожаного пояса овощем. - А как же дайкон-сан? Он тоже хочет любви и ласки, – после этого он взял с полки какой-то тюбик, раскрутил его и выдавил часть содержимого на ничего не подозревающего представителя местной фауны.
- Спасибо, я уже наелся! – Ичимару в отчаянии дергал ручку двери, которая, судя по всему, была не только заперта, но и запечатана кидо.
Стойкая дверь сопротивлялась и сдаваться не желала. Потеряв последнюю надежду, Гин в ужасе обернулся, опрометчиво приоткрыв свои алые глаза…


«Привет, дорогой братик! Как оно там? У меня по-прежнему всё хорошо. Я постепенно привыкаю к обстановке, хоть и часто вспоминаю наше широкое раздолье, усеянные рожью поля и живописные пастбища, наш старый дом, покосившийся от оползней, и кладовую с удобрениями. Да, потянуло что-то меня на лирику… Что у меня нового? Ну, недавно узнал, что такое бдсм, и, наверное, запомню уже навсегда… Нет, ты не подумай! К презренной содомии это никакого отношения не имеет. Считай, что это, допустим, какая-нибудь очень крутая шинигамская техника, вот! Ах да, чтоб не забыть! Не присылай мне больше дайкон!!! Да и моркву от греха подальше тоже не присылай! Это… судя по всему, в результате смены климата мои вкусовые пристрастия немного изменились. Лучше шли топинамбур – он-то бесформенный, ха-ха!.. М-да. Это я сострил, не обращай внимания. Я, кстати, иногда рисую, решил и тебе кое-что нарисовать. Это мы с Соуске. Ты не смотри, что он такой страшный и противный – я вот не смотрю, и нормально! Главное - вовремя закрыть глаза, чтобы избежать рвотных позывов. А это Менос Гранде. У нас в погребе живут два таких, они очень милые. Соуске говорит, что они нужны ему для зловещих экспериментов, а я иногда играю с ними и кормлю сухим кормом. Жаль, они плохо поддаются дрессировке. Не то, что наша Зорька!.. И да, как она там, наша красавица? Знаешь, иногда вспоминая её бездонные карие глаза, я проникаюсь осознанием важности каждого мгновенья. Эх, как же всё-таки в этой канаве не хватает нормального коллективного хозяйства! На этом заканчиваю письмо. Ты тоже пиши. Целую. Гин»


Как уже говорилось ранее (а если не говорилось, то напрасно), Айзен Соуске обладал на удивление чутким и сострадательным сердцем. Однако если вернуться далеко в прошлое, когда малыш Со-тян только делал свои первые шаги на пути к мировому господству, то сердце это выглядело совершенно иначе – самый заурядный фиброзно-мышечный орган, обеспечивающий снабжение сосудов кровью. И, наверное, только самый гениальный в мире патологоанатом мог бы ответить позднее, сколь неизмеримо кардинальные изменения претерпел этот многострадальный механизм за долгую и долгую деятельность своего хозяина. И результат таких метаморфоз таил в себе колоссальные преимущества, что было замечено сразу. Приняв модернизированные установки за неизбежность, Айзен со временем и сам свыкся с мыслью о своей уникальности. Дай бог, обстоятельства располагали.
А началось всё в далёкие годы учёбы и, соответственно, глубокой пылкой юности. Импульсивный и энергичный Соуске всегда стремился раскрыть свои потенциалы по максимуму. И проявлялось это далеко не только в учёбе, как у подавляющего большинства других его сокурсников. А что могло так поднять и укрепить авторитет юного студента в глазах старших и более влиятельных, как не общественная деятельность? Айзен понимал это, как никто другой (впрочем, откровенно говоря, понимали это все, но никто особо даже не чесался на этот счёт). Хватать за горло, наступая на пятки, - это был не совсем его принцип. Соуске действовал всегда более обдуманно и скрытно, стремясь возвыситься, следуя окольными путями. Было ли это изъяном иль благом, но с детства Соуске всегда легко доверялся собственным домыслам. Одержимый какой-либо идеей, он верил ей, как Энциклопедическому Словарю, и жаждал непременно воплотить. Так случилось и в тот раз, когда студент Айзен на правах старосты и вице-президента самоуправления подписался на благотворительную акцию в помощь сиротам и обездоленным детям из неблагополучных семей в рамках академического проекта. Точнее сказать, даже не подписался, а организовал.
Идея постепенно пленила Соуске и требовала реализации и участия масс. Так вот, в чём, казалось бы, проблема? А проблема как раз была в полном отсутствии последнего…
«Друзья! Давайте будем социально сознательными! – провозглашал ещё совсем юный общественный деятель Айзен. – Неужели сердца ваши настолько черствы, что не приемлют сострадания к детям? Ведь все мы когда-то были детьми, помните?» Однокурсники согласно кивали, коротко улыбались разглагольствующему старосте и вновь возвращались к увлекательному чтению манги или обсуждению рпг. Как непросто порой достучаться до чужих сердец, думалось Соуске. Другие студенты на это лишь пожимали плечами. А что им ещё оставалось делать? Их мораль была не столь высока.
Через пару недель действующей акции проект закрыли из-за недобора участников. Студент Айзен глубоко тогда переживал по этому поводу, ведь он не мог более гордо нести своё знамя. Впервые в жизни он ощутил крах своих идеалов. С другой стороны, любовь к детям, судя по всему, осталась с ним по сей день…
Кто знает, может быть, Айзену просто не повезло с коллективом, дескать, судьба распорядилась не в его пользу, но отчетливой печатью в неокрепшем сознании навеки осели обида, ненависть и презрение к мировым порядкам, к глупым окружающим, не видящим ничего дальше своего узкого мирка.
«Я должен что-то изменить в своей жизни, - подумал Айзен, стоя на пороге академии. – Нет… не только в своей!» И, подавшись вперёд, он стремительно зашагал навстречу закату… Потом свернул за угол и побрёл в общежитие.


- Что скажешь, Гин-тян? – Соуске любовно оглядел предмет в своих руках.
- Ммм… Я думаю, что ты уродливый пидор, Соуске! – отозвался Ичимару, сидящий спиной в кресле.
- Ну, вот опять, - Айзен развёл руками и обречённо про себя добавил. – Сколько раз я просил его называть меня папочкой…
- Это я в буквальном смысле! Ха-ха, как же над тобой всё-таки подшутила генетика!
- Примерь-ка вот это, - благоразумно решив не дожидаться необходимой реакции, Айзен развернул кресло к себе.
- Чё за херня? – поразился Гин, определяя качество на ощупь.
- Нэкомими! – торжественно вещал Соуске и, извлёкши из комода ещё пару подозрительных предметов, довольно оглядел Ичимару, вертевшего в руках странного рода головное приспособление с правдиво кошачьими ушами. – Гин-тян, сегодня мы выучим два новых слова – фансервис и моэ!
Легонько отряхнув отутюженное платьице с кружевными рукавами и фартучком, Айзен протянул его своему нерадивому ученику.
- Чтооо?! Я не стану надевать бабьи шмотки! – запротестовал принципиальный Ичимару.
- Ну, я предусмотрел и подобное развитие событий, - Айзен подмигнул ему, демонстрируя столь же стильное одеяние на десять размеров больше. – Чтобы тебе не было обидно, я тоже надену костюм горничной! – радостно улыбаясь, Соуске трепетно прижал к груди платье, немного покружился, по ходу дела снимая с себя остатки прочей одежды.
- Нет уж!!! – в отчаянии воскликнул Гин, представив себе стократ более тошнотворную перспективу лицезрения «мерзкого педераста» ещё и в женском прикиде. – Я надену, надену!.. Только ты не вздумай!
- Ну, ладно, - Айзен пожал плечами, отложив платье в сторону. – На этот случай у меня тоже есть варианты, о-хо-хо!..
Вопреки ожиданиям Гина, костюмчик горничной сел идеально, а ещё более идеально он гармонировал с очаровательными кошачьими ушками на голове. Ичимару повертелся перед зеркалом, краснея и довольно улыбаясь. Образ «моэ-кавая» оправдывал себя на сто процентов.
- О, чудо! Ничего милее в жизни не видел! – воскликнул Айзен, прижав ладони к щекам и прослезившись от передозировки кавая, когда закончил с собственным образом и обратил взор на Гина. – Ну, иди к папочке! Давай!
- Соуске.
- Ммм?
- У тебя тушь потекла.
- Оу, правда?..


«Здравствуй, милый! У меня всё чудесно, надеюсь, у тебя тоже. Как там наши родимые колхоз и тракторный цех? Я изредка вспоминаю, как мы с тобой, рассекая вечернюю полумглу на модели Б-23, катались по свежевспаханному полю… Знаешь, я только недавно понял, насколько романтичными были те вечера. Ах, не обращай внимания, что-то я становлюсь сентиментальным. Наверное, это переходный возраст? Скорей всего! На сегодня заканчиваю, так как скоро закроется почтовое отделение. В следующем письме я подробно расскажу тебе о том, что такое моэ и фансервис! Тебе понравится! С любовью, твой Гин-тян»


- Соуске, ты подлец! – дверь с грохотом распахнулась. На пороге, сжав покрепче маленькие кулачки, стоял Гин, сверля взглядом своего собеседника. На глазах проступили слёзы, и он тяжело дышал.
Айзен оторвался от приготовления чая и с удивлением улыбнулся:
- Мотивируй, что ли, Гин-тян.
- Я узнал… - начал мальчик, опустив взгляд, - Я только что узнал, что у тебя есть другой!
Соуске замер, почесал затылок, но потом вдруг, осененный догадкой, воскликнул:
- Аааа, ты о нём!.. Не волнуйся, милый, я вас позже обязательно познакомлю, - и кокетливо подмигнул заливающемуся слезами Гину.
- БЕССЕРДЕЧНАЯ СКОТИНА!!! – рыдая в голос, маленький Ичимару вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью.
- Ах, эта импульсивность, - с восторгом произнес Айзен в сторону захлопнувшейся двери, - удел юности! – и, расплывшись в улыбке, добавил кипяточку в свежую заварку.
- А ещё! – дверь неожиданно распахнулась с ещё большим грохотом. – Ещё я понял, что у тебя совершенно отвратительный вкус! – и с чувством, что якобы «я всё сказал», Ичимару развернулся и пошёл прочь. На самом деле, Гин был хорошим мальчиком, просто он ещё был злым, кровожадным и очень, очень мстительным…
- Нормальный у меня вкус, - обиженно пробубнил Айзен, медленно помешивая свежезаваренный африканский ройбуш.

TO BE CONTINUED…


@темы: PG, humor, Frei, Айзен, Ичимару, стёб

Комментарии
2009-02-15 в 03:55 

квантую моменты истины за еду
Оооо, оно шикарно... Удивительно-завораживающе... На цитаты растащить *__*
Обоснуй ичимариных прищуренных глаз, описание колхоза, первой встречи, МОРКВА!!! Ньяяяя!!!
В ООС тоже не верю, скорее в то, что уродливые педофилы накладывают отпечаток на несформировавшееся сознание и оставляют чудовищные травмы неокрепшей детской психике :lalala: Млиин, какой трушный Айзен)))) Педофилия последнее время однозначно прет, особенно с ТАКИМ Гином, ммммм...
Но! Я так и не поняла, что это за другой? Тоусен?
А анекдот до конца есть?

2009-02-15 в 18:07 

Ура!!! Наконец-то врубили дайри!!!
puni, Нья, аригато)))))
А анекдот до конца есть?
А это весь анекдот :) Такой анекдот, угу)))
что это за другой? Тоусен?
Оо! А вот об этом станет совсем известно во 2-м акте! Но по сути дела, кто ж ещё, как не милый Канаме!))))
Айзен-педофил меня саму ой как прёт, ну на роже у него об этом написано, да! :D
К слову, юный студент-активист Соуске - это и есть прообраз моей "любимицы"... а толпа безынициативных студентов - моя мери-сью ^___^

2009-02-15 в 18:25 

квантую моменты истины за еду
Оооо, жду второй акт))))
Неправильная у тебя мерисью :duma2: А где пятый размер груди, шелковистые волосы и 15см шпилька? Или это только у отдельных студентов?
Айзен-педофил...мммм...Где ж мои 12?!!!

2009-02-15 в 18:44 

Неправильная у тебя мерисью
ну, это моя первая мерисью :pink: Но я буду над этим работать и обязательно явлю миру совершенный мерисьюшный образец!!!
пятый размер груди, шелковистые волосы и 15см шпилька - в данном случае это прерогатива Айзена :D ну, кроме груди))) хотя кто знает, кто знает...

2009-02-15 в 23:27 

such a pretty girl, such a dirty mouth
Frei ~Seigyoku~ опредленно у Вас талант)) я в щенячьем восторге и требую ещееее)))

2009-02-15 в 23:33 

ведьмежка ака миса-тян
Спасибо большое!!!))))))))
А ещё будет, обязательно. Не даром ведь это только 1-й акт! :D

2009-02-16 в 00:49 

such a pretty girl, such a dirty mouth
Frei ~Seigyoku~ уррря))) жду с нетерпением))))

2009-02-16 в 14:53 

Аюри
Я умею так немного, но зато наверняка. Я умею слушать ветер и смотреть на облака. Я умею ночью тёмной разговаривать с луной...
Жуть какая. Не знаешь, что и сказать: то ли лечь, то ли в печь. Но интересно. Продолжения хочется.

Как уже говорилось ранее (а если не говорилось, то напрасно)
Вот эта фраза больше всего понравилась.

2009-02-16 в 18:14 

Аюри
эмм... Спасибо! :)
то ли лечь, то ли в печь
Я думаю, первое! Чисто из эмпирических наблюдений))))))))

2009-02-22 в 00:19 

[подлорог обыкновенный] Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain
Frei ~Seigyoku~ , Гин жжот! lol lol . Письма брату - это нечто! Ждемс акт второй. Гин мне тут кого-то сильно напоминает... не помню, кого.

2009-02-22 в 00:23 

Ooame
ыыы, пасиб))))) А мне теперь вот тоже интересно - кого он напоминает? :)

2009-02-22 в 01:08 

[подлорог обыкновенный] Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain
Frei ~Seigyoku~ , кажись, вспомнила! Ет персонаж из книги Белянина, Ванюша-Полевик. А напоминает манерой речи. Такая вхарактерно-деревенская. ))))

2009-02-22 в 01:11 

Ooame
Не читала :) Ну, Гин здесь и правда продвинутый провинциал, так что, думаю, образу соответствует))))

2009-02-22 в 01:21 

[подлорог обыкновенный] Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain
Frei ~Seigyoku~ ,Гин здесь и правда продвинутый провинциал
Ха-ха, этим мне фик и понравился. Гин-мальчик-из-села-Руконгаево. Приехал *пришёл* покорить Сейрейтей.

2009-02-22 в 01:31 

Ooame
Приехал покорить Сейрейтей.
Гы... и стать звездой эстрады! :lol:

2009-02-22 в 01:35 

[подлорог обыкновенный] Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain
Frei ~Seigyoku~
стать звездой эстрады!
А Айзен его "продюссирует"... :bdsm:

2009-02-22 в 01:43 

Ooame
А Айзен его "продюссирует"... Ага, вот она - обратная сторона шоу-бизнеса)))))
Айзен собирает бойз-бенд из юных талантов :-D

2009-02-22 в 01:47 

[подлорог обыкновенный] Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain
Frei ~Seigyoku~ , точно - вот и раскрыта тайна Айзена. ХД. И как ему было не взять Тоуссена: слепой негр - это же отличная фишка!

2009-05-17 в 00:47 

ты прелесть
Мммм... а прода уже есть?

2009-05-17 в 18:51 

Lestat de Lionkourt
прода медленно-медленно пишется :) У автора госы... Т_Т

2009-05-18 в 19:07 

ты прелесть
Frei ~Seigyoku~ Ясно))) Ну удачи тебе с госами ;) Буду ждать)

2009-05-19 в 01:09 

Lestat de Lionkourt
спасибо!))) Гос сегодня сдала, остался только диплом! А после него уже ничего не страшно! :D Да и за творчество можно будет взяться, наконец))))

2009-05-19 в 20:00 

ты прелесть
Frei ~Seigyoku~
Ты просто молодец)))) Надеюсь, творчество не заставит себя долго ждать)

2010-02-18 в 16:17 

Яцуха-тян
Frei ~Seigyoku~ ,
браво браво!!! понравилось,столько кавая!настроение поднялось сразу,спасибо огромное!!!
жду продолжения!!!)))
я понимаю Гина,Айзен в платье - это страшно,хихи))не хочу хвастаться,но я нарисовала Ичимару в платице и на заднем плане кавающегося Ками-сама*сама каваюсь*это так мило!!!^________^

   

BleachFanFixion

главная